Такого в крепости Онрё на Райдзю ещё никогда не было — кто-то воспринял это как желание самоутвердиться, кто-то как заносчивость, кто-то как прихоти незрелой личности, кто-то отнесся с состраданием или пониманием, но как бы там ни было, это событие оставило сильное негативное первое впечатление об одном из новоприбывших членов их движения.