Рыцари Тезота

Алария Доран, Рыцарь Катарсиса

Эоны мучений и пыток. Одна жизнь сменяется другой, а краткие периоды мира и счастья ничтожно скоротечны и служат лишь одной цели — чтобы погрузить тебя в пучины отчаяния. Раз за разом, цикл за циклом, история повторяется вновь и вновь. Былые воспоминания меркнут, а эмоции сменяются одна другой. Жгучая ненависть к тому, по чьей причине ты здесь оказался и к своим мучителям. Жалость к себе, обречённой на подобные мучения. Волнение за тех, кто был близок тебе и немые вопросы о том, не постигла ли их та же участь. Многие души ломаются от подобного бытия, становясь не более чем призраками былых себя. Иные же находят себе якорь, чтобы удержать своё я. Цепляются за свою идентичность. Былые эмоции и волнения выгорают, а океаны слёз иссушаются безжалостным солнцем Рассветного Ворона. Устраиваемые пытки становятся нормой и повседневным бытом. Существование продолжается. Не в состоянии даже двинуть телом и хоть как-либо повлиять на свою судьбу, остаётся предаваться рефлексии. Порой попытками понять загадочные мотивы своего пленителя: "Являлось ли это подобие просветление его целью?". Порой размышлениями о своём я. А порой и спутанными воспоминаниями о былом. И так до тех пор, пока...

***

Очнулась Алария на лесной опушке. Скачущие с ветки на ветку птицы щебетали свои песенки. Вечно бегущий по своим делам ручеёк журчал где-то вдали. И лишь пробивающиеся чрез кроны деревьев лучи солнца портили умиротворяющую атмосферу. По какой-то причине, у девушки возникало стойкой ощущение, будто кто-то очень недовольно и пристально за ней наблюдает. Поначалу воительница было подумала, что это очередной мираж. Очередная пытка и сейчас издали прибежит монстр, готовый растерзать её на мельчайшие кусочки. Или что опушка окажется давно позабытым кладбищем, а из земной тверди высунутся цепкие руки оживших мертвецов. Встав и оглядевшись, однако, она пришла к иному выводу. В противовес издевательским наваждениям, происходящее ощущалось реальным. Даже слишком. Давно позабытые тактильные ощущения возвращались к ней и даже боль в спине, которой не помешали бы лишние тренировки, ощущалась родной и желанной.

Совершив небольшую разминку — попытка проверить своё новое тело — она пришла к неутешительному выводу, что с воспоминаниями о былых днях оно не шло ни в какое сравнение, но даже это было лучше чем отсутствие хоть какой-либо физической оболочки. А остальное уж восполнит, рано или поздно, усердными упражнениями. Оставалось лишь убедиться лишь в кое-чём ещё, но этого Алария на полянке делать не могла, а потому она неторопливо поплела на звук ручья — к зеркальной водной глади. И вскоре она пришла на место, пытаясь получше разглядеть своё отражение в воде. Ответом для неё стал образ молодой девушки — несколько моложе, чем Алария себя помнила — с нескрывающим любопытством глядящий на неё в ответ. Всё та же бледная, почти фарфоровая, кожа. Всё те же пронзительные глаза. И всё те же волосы цвета воронового крыла, сейчас пребывавшие в полном беспорядке.

Вдоволь полюбоваться собой ей не дали. Про происшествии минуты, землю начали сотрясать тяжёлые шаги, рябью отдававшиеся в её образе на поверхности воды. Раз. Другой. После, будто бы почуяв её аромат, неизвестное существо издало дикий рёв и ринулось прямиком на неё из лесной чащи. Инстинктивно — сказывались плоды не забытых, даже после бесчисленных годов мучений, тренировок — она выставила перед собой руку и когти твари ударились о невидимый барьер. Аларии даже показалось, что монструозная морда исказилась в некой смеси шока и удивления, чем сама воительница не преминула воспользоваться и шмыгнула к ближайшему дереву. Оружия у неё при себе не было. Каких-либо доспехов тоже. Но и побег на своих двоих, от подобной твари, не представлялся возможным. Оставалось лишь биться, вот только чем?

Бегая глазами по округе, в надежде найти хоть что-нибудь подходящее, она остановила свой взгляд на небольшом, но остром, камне. Быстро схватив его, Алария сжала ладонь и тот, раскалившись от напитывающей его энергии, вспыхнул ярким пламенем. Время шло на секунды, громкие шаги оклемавшегося чудища становились всё ближе и ближе, но, в последний момент, она выскочила из-за дерева сама, швырнула своё единственное оружие в его безобразную пасть и поспешно ретировалась на несколько метров.

На сей раз, округу сотряс иной рёв — полный боли и страданий — но и этого образине было мало. Пересиливая боль, оно скакало следом за обидчицей, стараясь раскромсать ту своими лапами. Порой, ей удавалось ловко укрыться за повернувшимся камнем или одним из деревьев. В иных же случаях, она вновь полагалась на свои способности, не желая проверять новое тело на прочность. И так до тех пор, пока монстр, обессилев, не рухнул у ног запыхавшейся девушки. Если что теперь и нарушало гармонию этого места, так это смесь запахов обугленной шерсти и плоти. Хоть жизнь её и осталась при ней, двигаться здесь и сейчас у Аларии сил не осталось — она медленно сползла наземь, опершись на находящийся у неё за спиной древесный обрубок. Долю гордости за победу перебивал лишь один вопрос: "Какой садист закинул её прямо к логову этого чуда?". Но девушка прекрасно понимала, что ответа она не получит.

***

Немного передохнув и набравшись сил, Алария отправилась в путь. Она не знала, куда ей идти. Она не знала, где находится. Могло статься так, что она и вовсе являлась последним человеком на планете, а остальными его обитателями были подобные убиённому монстры. Приходилось действовать по наитию и положиться на удачу.

В конечном счёте, судьба улыбнулась воительнице. Спустя несколько дней, пускай усталая и измождённая, она вышла к очагу цивилизации — небольшой ферме на границе Мику и Кабочи, где проживала супружеская пара Марты и Валдиса. Они быстро подхватили изнурённую путницу и, проявив редкое гостеприимство, предоставили ей пищу с кровом.

Придя в себя, Алария не могла поверить своему везению. В сравнении с жёсткой травой, простое, в общем-то, постельное бельё казалось царскими шелками и не было для неё, на пустой желудок, ничего вкусней самой что ни на есть обыкновенной похлёбки. Вот она — роскошь цивилизации.

Намерения оставаться в долгу у танарсийки не было. Мало того, что эти люди её приютили, так ещё и сделали это в урожайный сезон. Наименьшее, чем она могла помочь Валдису с Мартой за спасение своей жизни, это хоть какая-никакая но помощь в быту и хозяйстве.

***

Надвинув соломенную шляпу на нос и пожёвывая травинку, Валдис щурился, глядя на солнце. Алария сидела в тенёчке неподалёку, переводя дух после работы в полях.

— Вот уж всякое я в жизни видывал, а чтобы городские так пахали — ни в жизни, — губы мужчины расплылись в добродушной усмешке, — вот ведь чудо из лесу вышло!

Ответом ему стал лёгкий смешок девушки.

— Потому и пашу так, что не городская я — я лесная!

Она улыбнулась.

— Но, если без шуток, я всё детство на ферме провела — так что знаю, с какой стороны за плуг взяться. Хоть и ощущается, будто занималась этим целую вечность назад...

— Да только толкуешь ты всё равно будто из города вышла!

Округу разразил громкий мужской смех.

— Дома не сиделось? Родители наверняка скучают по такой помощнице, а ты по лесам шастаешь...

Вопрос был ожидаемым, хоть и не совсем в такой форме. Алария даже задумалась как и ответить Валдису. Можно было сказать правду — тот наверняка бы принял за шутку. Она уж было открыла рот, как из дому раздался громкий женский голос:

— Дорогой, ты опять гостье докучаешь?

— Ой, ну какой докучаю? Просто интересуюсь...

— Дорого-о-ой!

— Ладно-ладно!

Надувшись, мужчина натянул шляпу ещё ниже обычного и направился обратно в поля.

— Слышь, — напоследок, он вновь повернулся к воительнице, — если у тебя по лесу десяток-другой таких же друзей, позовёшь, а?

В ответ, та разразилась звонким смехом.

— Обязательно!

***

Слишком долго задерживаться на ферме девушка не намеревалась — она была здесь именно что гостьей и прекрасно свою позицию понимала. Злоупотреблять чужой добротой ей тоже не хотелось. Ко всему прочему, хоть Марта с Валдисом и относились к ней снисходительно и по-доброму, ввиду её наружности, Алария прекрасно осознавала, что она старше их обоих. Возможно даже вместе взятых. А потому, разузнав побольше об окрестностях, она отправилась в дальнейший путь.

Главным камнем преткновения на её пути стал недвижимый в своей банальности вопрос финансов — в каком бы мире ты ни оказался и чей лучезарный лик на них бы ни красовался, без металлических кругляшей можно было рассчитывать разве что на доброту окружающих. Быстрейший способ заработка Аларии тоже оказался недоступен: охота на монстров без меча — верный путь в могилу, а умирать вновь воительница совсем не торопилась. Только и оставалось, что вспомнить старые-добрые деньки реймийского разнорабочего да полагаться на подработки с готовкой и пением, до поры до времени.

За это же время она вызнала много любопытного о новом мире, в который её угораздило попасть. Например то, что мир этот, по всей видимости, новым ни был. Несмотря на иные королевства, географию и даже религиозные практики, часть названий казалась ей до боли знакомыми, будто бы она очутилась в некой альтернативной реальности. Вносило сомнения то, что и Анузиш некогда имела ряд сходств с её родным миром. И всё же, сознание Аларии поначалу отказывалось принимать тот факт, что Маргел — это не сердце континентальной империи, но мифический город в небесах, а Акония из пустотной сингулярности перевоплотилась в богиню солнца. С таких открытий, танарсийке всячески хотелось поглубже закопаться в кипу исторических книг, дабы понять, сколь сильно всё изменилось и, самое главное, почему. Увы, всё вновь упиралось в извечную проблему денег.

***

Смена подходила к концу и усталые микуйцы расходились по домам. Облокотившись на стену, Алария стояла в тенёчке и задумчиво смотрела на незавершённое строение. Работы предстояло ещё немало, но они уже опережали запланированные сроки. Причиной тому были её огненные способности, нашедшие себе гораздо более приземлённое применение в производстве кирпичей. Не совсем та практика, которую бывшая инквизиторша планировала изначально, но определённо пришедшаяся ей по духу. Любуясь творением рук своих, она не сразу заметила, как к ней подошёл другой рабочий.

— Знаешь, чего я не пойму, — задумчиво произнёс он, встав рядом, — почему ты так в тени отдыхать любишь? Охлаждаешься, после своих огненных трюков?

Обернувшись на голос, легонько усмехнулась и отрицательно покачала головой.

— Не совсем, Дирк. Просто меня это умиротворяет, а под солнцем порой возникает чувство, будто бы кто-то пытается прожечь мне спину взглядом.

Он усмехнулся в ответ.

— Видимо, чем-то ты обозлила богиню в прошлой жизни — не иначе.

— Возможно, — прищурившись, Алария посмотрела на медленно заходящее за горизонт солнце, — но на месте меня никто пока не испепелил.

Она улыбнулась.

— Да и что мне делать? Выходить на улицу по ночам? Переселиться под землю? Ну уж нет, влиять этому на свою жизнь я не позволю! А кто хочет смотреть — пусть смотрит.

Едва не поперхнувшись, Дирк рассмеялся с реплики собеседницы.

— Ну... допустим, кто-то и правда смотрит, — он сдавленно хихикнул, — только не солнце и не на спину...

— А, ну эти тоже пусть смотрят.

— А подземелье, кстати, не такой уж и плохой вариант, — отведя взгляд, работяга решил сменить тему, — поговаривают, что в Иказкане всё бесплатно, а денег и дворян в помине нет — все равны вести размеренную жизнь, в своём темпе. Звучит как сказка. Слишком хорошо, чтобы быть правдой. В Маргеле, наверное, живётся получше...

Алария помнила про Маргел. И уж что-что, а город из её воспоминаний не походил на утопию и своих опасностей там хватало. Впрочем, то был Маргел прошлого, а не настоящего. Далеко не парящее в небесах город-государство. Впрочем, и на его счёт сложно было не испытывать скепсис.

— Ну, монстры из кратера им точно не грозят, но ничто ведь не вечно. Аконит не на деревьях растёт, знаешь ли, а от самого острова откалывается. Да и живётся там тесно, скорее всего. Население растёт, им нужно где-то жить, — один за другим, воительница начала загибать пальцы на руке, — ещё и под сельское хозяйство земли нужны, чтобы прокормить растущее население. Рано или поздно, им придётся либо приземлиться, либо ввести контроль популяции. Разумеется, если они не решили эти проблемы каким-то ещё образом.

— О, а про это я даже слышал! Я где-то читал, что у них там свиньи волшебные: вечером зарежешь и подашь на стол, а поутру она снова бегает по амбару и хрюкает. Не знаю, впрочем, правда ли это...

— Какой жестокий цикл перерождения.

— Не без этого...

— Быть может, когда-нибудь узнаем. Но твои слова про Иказкан я на заметку возьму, — Алария похлопала Дирка по плечу, — даже если то байки, глянуть на подземную цивилизацию всё равно было бы любопытно.

***

В конечном счёте, усердный труд принёс свои звонкие плоды: кошелёк Аларии утяжелился, за спиной теперь висел двуручный меч и даже какие-никакие доспехи с принадлежностями для долгих странствий появились. Она вновь пустилась в странствия, на сей раз зарабатывая себе на хлеб уже привычным методом — предавая мечу бандитов и опасных монстров. Труд опасный и тяжёлый, но столь хорошо ей знакомый.

Поначалу, как таковой конечной цели у неё не было — девушке просто хотелось увидеть своими глазами, что же из себя представляет Тезот. Понять что движет его людьми и на каком уровне развития находилось общество королевства. К её немалому удивлению, этот самый уровень технологий оказался наиболее близок вовсе не к Маргелу или Рейму, но её родному Танарсису. То тут, то там, то и дело мелькали отголоски более развитых цивилизаций былых эпох, но заполучить хоть один подобный реликт ей было не по карману — рассчитаны те были на богачей-энтузиастов, а не простых наёмников.

Лишь немного освоившись в новом старом мире, Алария поставила перед собой две чёткие цели. Первой целью стало восстановление упорядочивание собственных воспоминаний, с избавлением от всякого рода белых пятен. Второй же попытка разобраться в истории Тезота и том, как мир пришёл в подобное состояние. Если это и правда была Анузиш, а не некая чудная планета-двойник. В какой-то степени, обе их можно было охарактеризовать одной фразой — поиском правды. И для начала этих поисков не было места лучше, в понимании танарсийки, чем Сильвердан — светоч тезотской науки.

Однако первым пунктом назначения девушки стала вовсе не столица, но город трагической судьбы — Ламенте. Постоянные атаки монстров и сопутствующие тем разрушения, являлись идеальной сферой применения для широкого спектра навыков Аларии. Но имелась у подобного выбора и иная причина — воительница чувствовала определённую степень родства с городом-крепостью и его жителями. Подобно тому, как ей приходилось раз за разом собирать себя по осколкам и начинать всё с нуля, так и ламентийцам некогда пришлось поднимать свою многострадальную родину из пепла. Они знали, кем являются, и упорно цеплялись за свою идентичность, не ища себе нового дома. Именно такой настрой жителей со столь воодушевляющей историей и заставили её, со временем, влюбиться в это место.

Со временем, посетила она и остальные города провинции, наибольший интерес из которых для неё представляли Тасаника и Кортина, напрямую коррелирующие с обеими целями Аларии. Методики первого города, как она полагала, способны были помочь ей с восстановлением воспоминаний. Кортина же, с её богатыми на книги библиотеками, могла приоткрыть завесу тайны о самом мире. Визиты в последний город лишь участились, когда молва о подвигах юной чужестранки в её лице распространилась ей пришло пригласительное письмо из местной военной академии.

Со временем, молва пошла ещё дальше и достигла ушей Лорда Картриджа, после фиаско своего брата нуждавшегося в рыцарях компетентных, и танарсийка оказалась одним из кандидатов. После недолгих сомнений, Алария приняла это предложение и стала известна в Сильвердане как Рыцарь Катарсиса. Хоть вновь присягать кому-либо на верность ей не хотелось, да и к аристократии она до сих пор относилась скептически, воительнице сложно было отрицать, что подобный титул поможет ей не только добиться своих личных целей, но и лучше оберегать ставший дорогим сердцу город. К тому же, новый сюзерен чем-то напомнил ей Делирия Белринга — одного из немногих аристократов, вызывавших у танарсийки искреннее уважение.

Новоявленный Рыцарь Катарсиса лично приложила руку к возведению своей резиденции в Ламенте, не желая оставаться в стороне. Наибольшим сокровищем в нового дома Аларии, как и подобает имению рыцаря Сильвердана, по праву является полная книг библиотека, на полках которой стоят тома самой разной направленности. Преобладают в ней, впрочем, исторические трактаты и работы эзотерической направленности. Второй достопримечательностью является так называемый "зал мечей" — комната, на стенах которой висит как прошлое оружие владелицы, так и снятые с опасных противников трофеи. Имеются там и крупные кухня со спальней и ванной, несколько дополнительных спален для гостей или прислуги, а также личный кабинет Аларии и место для тренировок, но присущими жилищам богатеев излишествами они обделены — жилище танарсийки соответствует новому статусу, но не более. Помимо этого, внимания заслуживает разве что небольшой садик, расположенный на территории поместья.

Не может похвастаться её дом и обилием слуг: за исключением небольшого, но бдительного, отряда стражи, за домом следят лишь одинокая служанка, Донна Фиггс, и её супруг Грендель, являющийся местным садовником. Некогда ветераны войны с исчадиями Terra Nullis, они познакомились с Аларией ещё до её становления рыцарем — когда та ещё была простой наёмницей, защищавшей Ламенте от монстров за звонкую монету. Но годы шли и, постепенно, возраст давал о себе знать всё громче и громче, что и вынудило пару искать более размеренной, насколько это возможно по местным стандартам, жизни.

Свободное от обязанностей время, Рыцарь Катарсиса посвятила многим вещам, не последней из которых являлся всё тот же поиск ответов. Порой, когда выдавалась возможность, она вновь посещала некогда давшую ей работу академию — ныне на правах инструктора. Старые хобби она не забросила и даже сумела подобрать новое, о котором задумывалась ещё многие тысячелетия назад — писательство. Как и подобает обитательнице Ламентии, чем-то одним себя Алария ограничивать не стала и успела издать книги на разные темы: были среди них сборники любимых ею рецептов, инструкции по военному ремеслу, советы по борьбе с порождениями кратера, но не обошлось и без творчества — танарсийка использовала свой богатый опыт для написания прозы. Несмотря на, зачастую, затрагиваемые ими мрачные темы, эти рассказы любящей порассуждать рыцарши сумели найти свою аудиторию.

Со временем, будучи человеком эрудированным, новый сюзерен танарсийки начал догадываться о её истинной природе и утаивать своё происхождение от него та не стала. Ей было что рассказать и Калейдо Картридж, с его стремлением к знаниям, был наилучшим из возможных слушателей. На условиях анонимного источника, она поведала ему о ныне мертвом кальцитском языке и записях, со стен Храма Бальдра. Рассказала она и о родом Танарсисе, с его обычаями. Даже приоткрыла завесу прошлого, поведав о героическом противостоянии "Карнеола" и Безнадёги, а также встречах с сингулярностями огня и земли. Но вещи личные и приватные — рассказанные по секрету или узнанные невзначай — она упоминать не стала. У не было и капли сомнений, что все эти истории будут сохранены в записях лорда. Следовательно, даже если сама она падёт в бою, все эти знания, вся память о подвигах прошлого и героях погибшего мира, не погибнут вместе с нею.

Пол: Женщины Тезота

+1 к обучаемости

Рост: 188 см

Дата рождения: 23.03.270

Состоит ли в браке: Нет

Регион: Сильвердан, Ламенте

+1 к обучаемости, доступ к навыку "Многозадачность"

Убеждение: Ворон Рассвета

Доступ к навыкам Путь Эйр, Инквизитор и Классическое оружие. Обязательный навык Боязнь Солнца.

Характеристики:

Разум: 15

Тело: 13