Рыцари Тезота

-- Товарищ Йин, прими мой скромный опус. Покуда перед боем есть мгновения, как раз возможно время на прочтение его нам выделить, мужей и жен державных припомнить славные свершения, да вдохновиться ими как примером для подвигов грядущих удалых во славу той, кому судьбою суждено затмить собой всех Деусов былых, -- Амвросий нагружает Йина очередной порцией писанины.

Сей труд Амвросий-рыцарь написал
Не для того лишь, чтоб ушедшего познанием
Блеснуть, но чтобы предзнаменованием
Грядущего мог послужить сей труд
И наставлением для души пытливой
Здесь мало сказано о войнах и о картах
Но много -- о правителях державных
Ведь человек историю творит
А вовсе не запутаны движенья
Условий внешних, "классов" вожделения
И смердов неразумные движения
Все это было и всегда пребудет
Лишь в воле государя и желаниях.
Его враги пребудут да в страданиях.

Эйдос
Чем дале мы уходим вглубь эпох
Тем боле очертания старины веков
Окутаны туманом преувеличений
Сознательных преданий искажений
Иль ради красного словца помянутых знамений
Опасно верить здесь всему без опасений....

Деяния его ценю я высочайше
Но не могу судить его характер
Возможно ли, когда б не чужестранка
Сидел бы он и дале на печи?
Без молота не одержал бы он побед?
Иль это все лишь романтизму флер
Коим позднейшие истории творцы
Решили обрамить Эйдоса подвиг
Чтобы не соскучились досужие юнцы
Грызя гранит истории-науки.

Я вере в чудеса не чужд совсем
Но не могу понять противоречий:
Коль первый Деус отрешён столь был
От подвигов мирских, амбиций властолюбца
Как мог тогда не только покорить
Но удержать в повиновении покорённых?
С потусторонней помощью иль нет
Возможно это лишь душе отчаянной
Что право сильного прекрасно осознает
И к ногтю своему прижать мир возжелает.

Силия
Я верю в магию: да только вот не в ту
Что в Академии усердно изучают
Я верю в магию поэзии и слога
В чудесну храбрость сердца удалого
Искусного художника талант
И честной клятвы рыцаря гарант
Я знаю дев, что лечат только взором
Искусных следопытов, мореходов
Что и без глаз найдут везде дорого
И верю в духа мощного свободу
А фокусы силийские мне чужды
Диковинки забавные, не боле
Кто сердцем зряч, тот видит чудеса
Куда б его ни занесла судьба

И посему из Силии свершений
Оставлю магию без лишних восславлений
Куда важнее новые законы
И города -- жемчужины короны

О выпавшей войне на ту эпоху
Скажу я твердо, даже если кратко:
Пускай не всякий бой победу нам сулит
Но перед вызовом нельзя нам отступать
Не будет трус фортуны фаворит
Кто малодушен -- побеждён с рождения
Пускай тогда Тезот победы не стяжал
Но и враги пообломали остры зубы
А Кортина нам стала добрым другом
Удачным я признаю то правление

Церес
Отлична государя добродетель
От рыцаря простого обязательств
Здесь честь свою уж мало соблюдать
Поэт и добрый рыцарь, Церес храбрый
Не слыл однако как страны радетель

Как многие, его истории о деяниях
Я искренне люблю и восхищаюсь
Его свободным духом, мастерством меча
Искусством слова и чутьем на правду

Но не прощу ему пренебрежения
К правлению державой, ведь эпоха
Его в пустырь чуть не сравняла власти
Державну вертикаль, при нём на ней ростки
Распущенности лордов дали сорняки

Сатанид
Когда мы добрым рыцаря зовем
Не благодушностию он бывает славен
Но добрым обращением с мечом
Которым шлем до мозга разрубает
И Злобным Сатанида мы зовем
Отнюдь не разумея злодеяния
Но нетерпение злобное к разврату
К пороку, трусу и дегенерату
Коими преисполнился Тезот
Воистину контроль необходим
Над смердом мерзким и над хитрым лордом
Покуда в свинстве первого и слабости второго
Держава не погрязла и не пала.

Пускай порой излишне увлекался, но
Ему подвластный скот овчар хранил наш строго
Не допуская в стаде буйства удалого
И от волков храня его отважно

Баранов строго надобно держать в узде
Но верному коню слегка ослабить повод
Нам зачастую стоит. Умный зверь дорогу
Порою лучше всадника увидит
И если б выбрал Сатанид опорой
Мужей и жен достойных несколько десятков
Не только по рождению, но умом и силой
Превосходящих прочих многократно
И лишь слегка над ними длани властной хватку
Ослабил бы, то понесли б они
К вершинам славы своего владыку
И первым я б средь деусов былых
Назвал бы Сатанида. Но увы!
Могуч и мудр он был, но правотой своей
Был слишком ослеплён и на пути
Он слишком много не узрел препятствий.
Увы, таились в нём безумия зачатки
Что пышно разрослись в его потомках
На плодородной Дасквинга земле...

Вельхметра
Естественно в душе стремление к добру
Сие зовёт свободой муж достойный
Девиз же той эпохи скотством назову
Что по душе простолюдинам тёмным

Стоглавою чудовищною гидрой
Величественный лев вдруг обратился
Но был бы даже и осел и то бы лучше
Правитель был б Тезоту суверенный
Чем та марионетка надувная.
У сотни нянек без очей дитя...
Касаться не хочу эпохи той законов
Написанных на радость недостойным

Что до театра?
Тот эпизод, иль анекдот, конечно мне известен
Да только сочинил его глупец
Ведь смысла нет в тех строках никакого.
Известно всякому: ужасна женщин власть
Мужчина волен делать, принуждать:
Мечом он машет, кару он сулит
Стращать он может пытками и казнью
Но женщин власть невидима опасней
Порой довольно им улыбки мимолетной
Иль взгляда, а порой молчанье
Их говорит любых словес ясней
И волю их мужчины исполняют.
А сами даже и не замечают.

Всегда найти нам можно оправдания
Равно как и возможность для деяния.
Судьбы над всеми острый меч висит
Но только трус в отчаянии сидит
Не в силах взгляда отвести от острия
Когда вокруг проходит жизнь, бурля,
И меч висит над каждым в хороводе.

Ренаван
Что малозначимо нам или нежеланно
То к нам стремится и легко и постоянно.
Но только скажет кто: вот этого желаю!
Об этом мыслю денно я и нощно
Усилья прилагаю мощны неустанно
Чтоб получить мне это непременно
Так тут судьба ему не даст ни вздоху
Тут реки вздыбятся и само небо рухнет
Лишь только бы не дать герою ходу
Посмевшему чего-то возжелать
Из тысячи один судьбу ту переборет
Ещё погибнет десять под лавиной
А остальные будут Ренаваны
Что груз несбывшегося унесут в могилы
Прожив печальную, хоть мудрую судьбу

Тщета его исканий не осталась
Глубоким шрамом на Тезота теле
В законов своде новшеств не родилось
И карта мира снова не скроилась
Одно лишь изменилось только в мире
Потерянные души безымянны
Отныне все зовутся Ренаваны
А я постфактум назову удачей
Что не сыскал желанной жизни вечной
Правитель тот, Тезот хлебнул был горя
Коль утвердилась б слабая та воля
И меланхолия осталась бесконечной

Коймаджи
Тот Деус был сродни лесным пожарам
Прекрасным, разрушительным при жизни
Когда же славы краткой зарево потухло
То обновилась почва, к новой жизни
Божественный Коймаджи мир взывает
Лишь гадины ползучие не рады
Что в норах тёмных заговор лелеют
Когда пожар бушует обновления
Тезот взывая к замыслам громадным.
Им вечно лучше "шито бы да крыто"
"Ах, только бы не вышло бы чего! "
Те твари видят от хвоста до носа
С насиженных яиц, что в норах их сокрыты
Они испуганно на ясный свет взирают
Да меж собой испуганно стенают:
"Ах, свет дурной! Не лучше б нам, ползучим
Не покидая нор владеть всем светом
И справедливо разделять богатства
Вот это нам, и это, ну а это мне!"
Изрядно тварей этих испугал Коймаджи
Грозой он был и внутренним, и внешним
Врагам Тезота. И пусть был краток век
Достойного Коймаджи властелина
Нельзя сказать, что втуне и не к сроку
Свеча угасла жизни господина
Таков закон небес: чем ярче свет
Тем меньше шанс дожить до старых лет.
За краткий срок свершил поболе
Чем Церес-долгожитель Деус тот
И подал он потомкам доблести пример
И оному забвения не грозит удел

Если Небок формат пофиксит, буду благодарен