Рыцари Тезота

-- Великая печаль, когда плодятся смерды бесконтрольно, а благородных род бесславно угасает от разума болезни, что черную таблеткою зовут, -- кивнул Амвросий. -- Теперь я должен говорить с богами.

Амвросий, лязгая латами, подымается на холм, и краткий путь почему-то показался ему очень нелёгким, хоть он и был молод и привычен к весу брони. Вонзив копьё в землю, рыцарь сел, скрестив ноги по-афезерски и обратил свой взор на север.
"Пахнет кровью, нелюдьми, похотью" -- сказал Джинн.
"Се есть заразы две -- одна безумна и сама собой презренна, вторая -- бессердечна и горда" -- ответил Амвросий.
"Ежели нет головы -- то не обезглавить, нет сердца -- не пронзить. У тебя нет таких преимуществ."
Амвросий не смог возразить. Он обернулся к востоку.
"Чую родственные узы, прошлое, решимость."
"От крови кровь наследует решимость, пусть не доблесть. Кто сокрушен, тот смерти не боится. На юге, севере и западе Тезота -- всегда Востока сыном остаюсь."
"Ваши рыцари разбежались, её рыцари послушны и неизменно рядом. Она хитрей вашей королевы, опытнее, беспощаднее. Ты бросил свою первую родину. Ты предал кровь -- раз так, ещё сможешь предать"
Джинн снова прав. Рыцарь посмотрел на юг.
"Чую верность. Извращённую. Бабью. Сильную."
"Се сошка лживая и мелкая, овца, что раздувает шерсть, пытаясь Львом казаться. "
"Но мелкой сошке верят не менее, чем вашей королеве. Даже в сердце королевства."
Нет смысла спорить с фактом. Амвросий посмотрел в сторону клонящегося к закату Солнца.
"Я вижу трёх гениальных мужей, и каждый ведет множество вассалов и воинов. Я вижу неприступные стены. Я слышу, как песок отмеряет срок вашей погибели."
"Их мелкая вражда немногим нас коснется. Тяжел их молот, да коротка их длань."
"Но их земли огромны, технологии совершенны, позиции крепки и не висит над головой топор на тонкой нити."
"Ты прав, злой дух. Невелики тут шансы. Копьё торчит из каждого угла."
"Твои действия в этой паршивой ситуации?"
"Я сделаю что должно -- это всё."
"Тогда ты можешь победить. Давай, молись своей белобрысой, я ещё вернусь помочь тебе."
И злой дух умолк. Амвросий остался один против всех концов земли.
-- Пускай враги приходят отовсюду
Мы сможем одолеть в любой борьбе
Под светом Солнца, в неба синеве
Пусть буду проклят я, если обет забуду

И усомнюсь на миг хоть в нашей правде
Иль личное поставлю пред державным
Иль жизнь свою трусливо сберегу
Отдав владычицу на произвол врагу

Канамия, чудесна чужеземка
Правители, что жизни не щадили
На их костях стоит держава наша
Фундамент прочен верности оммажа

Из глубины веков их благосклонный взор
Да осенит меня, и не возьмет измор
Сомнения, отчаяние иль трусость.
Уверенность -- такая моя мудрость.
А щит мой -- долг, копьё -- святая ярость.
И нет желания отчаянней в душе
Чем принести победу госпоже.

Сказав так, Амвросий покидает холм -- и дорога вниз была легка и быстра. Осталось проверить госпиталь, а с остальным Лестер, вероятно, уже справился.