Ple-Sen
Нетрудно было догадаться о том, чем были заняты думы Эмилии — тётушка наверняка переживала не меньше многих других по поводу вестей о том, сколь опасны оказались приключения в Эльхейме. И она явно не горела желанием лишиться кого-нибудь из своих воспитанников, особенно когда дядюшка отправлял тех на опасные поручения в добровольно-принудительном порядке. В то же время, она не выступала против планов своего супруга столь же активно, сколь это делали Сесилия, Альмандина или Клаудия. Быть может знала что-то, чего не знают другие. А может быть и просто держала в себе, ввиду мягкого нрава и терпеливой натуры. К сожалению, Калэнтия слабо представляла как она могла бы помочь тётушке справиться с подобными волнениями — сама она не собиралась отказываться от путешествий, а обещания вернуться целыми и невредимыми были бы не более чем пустым звуком. Потому, даже и не зная как лучше подойти вопросу, аргалийка оставила Эмилию наедине со своими думами, побоявшись что от её вмешательства настроение тётушки испортиться лишь ещё сильнее.
Покинув поместье, Калэнтия направилась к статуе Богини и мысленно помолилась о том, чтобы Артерия сберегла Бальдр в целом и их отряд в частности от возможных невозгод. Чтобы Гунгнира, вдалеке от чужих глаз, не терзали муки по поводу того, что он отправил своих воспитанников на верную смерть. Чтобы Эмилия не бессильно наблюдала за тем, как её дети, один за другим, умирали в самом рассвете своих сил. Чтобы никто из менторов Бальдра не лишился своих дорогих друзей и учеников. Чтобы ей, или другим членам их отряда, не приходилось оплакивать смерти братьев и сестёр, не находя что ответить остальным по возвращению домой. Чтобы какая бы беда их не встретила, они бы взяли над ней верх.
Закончив с молитвой, аргалика решила проведать "Отшельника", ведомая не в последнюю очередь любопытством. В то время как рост Бальдра и происходившие в нём изменения воспринимался многими жителями неоднозначно, сама Калэнтия до сих пор не определилась как к этому относиться. С одной стороны, она несомненно будет скучать по старому, тихому и умиротворённому Бальдру. С другой стороны, изменения не всегда ведут к чему-то плохому и девушке, по меньшей мере, было интересно что же будущее в себе несёт для их родного поселения. И она точно была рада планам по возведению железнодорожной станции — кто бы что ни говорил, но сложно было отрицать удобство подобного изобретения.
Покинув поместье, Калэнтия направилась к статуе Богини и мысленно помолилась о том, чтобы Артерия сберегла Бальдр в целом и их отряд в частности от возможных невозгод. Чтобы Гунгнира, вдалеке от чужих глаз, не терзали муки по поводу того, что он отправил своих воспитанников на верную смерть. Чтобы Эмилия не бессильно наблюдала за тем, как её дети, один за другим, умирали в самом рассвете своих сил. Чтобы никто из менторов Бальдра не лишился своих дорогих друзей и учеников. Чтобы ей, или другим членам их отряда, не приходилось оплакивать смерти братьев и сестёр, не находя что ответить остальным по возвращению домой. Чтобы какая бы беда их не встретила, они бы взяли над ней верх.
Закончив с молитвой, аргалика решила проведать "Отшельника", ведомая не в последнюю очередь любопытством. В то время как рост Бальдра и происходившие в нём изменения воспринимался многими жителями неоднозначно, сама Калэнтия до сих пор не определилась как к этому относиться. С одной стороны, она несомненно будет скучать по старому, тихому и умиротворённому Бальдру. С другой стороны, изменения не всегда ведут к чему-то плохому и девушке, по меньшей мере, было интересно что же будущее в себе несёт для их родного поселения. И она точно была рада планам по возведению железнодорожной станции — кто бы что ни говорил, но сложно было отрицать удобство подобного изобретения.