Не слышав деталей перешептывания Айяно и Хайди, Лорд этот комментарий не понял и потому проигнорировал.
- Можно, но это слишком уж оптимистичный взгляд на человеческие взаимоотношения. Так придешь, а тебя ещё и ругательствами покроют, водичка не такая окажется, крыша не под идеальным углом, и заборчик какой-нибудь не такой. Да и вообще, всем этим должны заниматься дети и внуки, а не соседи.
- Зависит от того, что именно ты хочешь от него получить, - отвечает Лорд, - мастерская здесь есть, но за пару дней тебе никто его не смастерит.
- Какой-нибудь простенький обойдется тебе в 500 рем, - продолжает за него Хайди, - а потолка наверное и нет. Тот, который я сломала Лордцу, например, девять тысяч стоил.
Приходит Бруно.
- Ваше Преосвященство... - Тристан и Эмиль поспешили склонить головы, но священник остановил их жестом руки.
- Я иду сюда как простой сын Анузиш, а не вестник воли Арселии. - Бруно подходит к русалке и берет её ладонь в свои. - О загадочная жительница наших рек, не ведаю, что обо мне могли рассказывать определенные личности, чьих имен я бы предпочел не называть, но спешу тебя заверить - я не желаю тебе зла, поэтому пусть мое присутствие не навредит твоему духу в этот светлый день.
- А... - Акия засмущалась. - Спасибо...
Дождавшись, пока те отворкуют, чтобы не встревать посреди сцены, она наконец говорит ему:
- Конничива, настоятель, хорошо, что вам все-таки удалось вырваться на свежий воздух. Присаживайтесь, - обозначает место на траве возле их "стола". - И не стесняйтесь, духовная работа требует энергии, а у нас гора еды. Все это приготовлено не мной, а Труде-самой, так что будьте спокойны. ...И да, - это Акияччи. Акияччи, это Бруно, настоятель церкви.