Подразумевая что хроники жизни Торвика не опускали порочащих образ правителя событий, мужчина не мог не вызывать у бывшей инквизиторши уважения. Человек прямой, волевой и благородный — более чем достойный пример для подражания, с поправкой на его оригинальное ремесло. Возникало даже ощущение, что само описание похождений Основателя наполнило девушку силой и заставило её мышцы окрепнуть. А ведь изначально едва ли многие видели этого мужчину как что-то большее, чем очередного пирата. Пускай и наделённого недюжинной силой.
Подразумевая что хроники жизни Торвика не опускали порочащих образ правителя событий, мужчина не мог не вызывать у бывшей инквизиторши уважения. Человек прямой, волевой и благородный — более чем достойный пример для подражания, с поправкой на его оригинальное ремесло. Возникало даже ощущение, что само описание похождений Основателя наполнило девушку силой и заставило её мышцы окрепнуть. А ведь изначально едва ли многие видели этого мужчину как что-то большее, чем очередного пирата. Пускай и наделённого недюжинной силой.