Граф Орлов
— На всё воля богов, знаешь ли...
Ювенций отлично понимал, что еще одного бессмертного они точно не одолеют, и скорбеть по Чуккеру ему было недосуг — слишком уж он занят переживанием за собственную шкуру.
"Зато можно рассказывать красочные истории, как я бился с бессмертным. Опустить только, как дрожал и прятался за этими двумя и будет вполне себе мужественная байка."
Стараясь больше думать о том, как он презентует в обществе свой новый имидж победителя-авантюриста и поменьше — о перспективе встретиться с очередными тварями, Ювенций продолжает путь
Ювенций отлично понимал, что еще одного бессмертного они точно не одолеют, и скорбеть по Чуккеру ему было недосуг — слишком уж он занят переживанием за собственную шкуру.
"Зато можно рассказывать красочные истории, как я бился с бессмертным. Опустить только, как дрожал и прятался за этими двумя и будет вполне себе мужественная байка."
Стараясь больше думать о том, как он презентует в обществе свой новый имидж победителя-авантюриста и поменьше — о перспективе встретиться с очередными тварями, Ювенций продолжает путь
E si sui vius, er mi grans benananza,
e si ieu muoir, er mi grans deliuriers
e si ieu muoir, er mi grans deliuriers