В одной из многочисленных комнат старого и уже давно, как казалось, заброшенного дома перегорела последняя из электрических лампочек, служившая неким маятником для землевладельца, которому, по правде говоря, уже давно следовало провести основательный ремонт своего жилища либо же переехать на новое место. Он, однако, не спешил этого делать — то ли денег не было, то ли желания этим заниматься. Сейчас он сидел на полу и занимался тем, что пытался отковырять кусочки прогнившей стены посиневшими от такой работы пальцами. Зачем он это делал было неясно, но вскоре ему надоело, он завалился на пол и начал рыдать от бессилия. Он бы, наверное, мог долго ещё этим заниматься, однако ему всё же пришлось подняться — громкий стук во входную дверь дома требовал к себе внимания.
Как и ожидал того хозяин дома, незваным гостем оказался его старый товарищ, Хердон Ворлик. Что же привело его сюда в столь поздний час? Ответ был прост — землевладелец сам его и пригласил, да вот только забыл об этом.
— Чувствуй себя как дома, — сказал хозяин, провожая гостя в обеденный зал.
— Это будет непросто, — ответил Ворлик, шагая по разбитому стеклу на полу. Хозяин помнил его как человека активного и веселого, но даже в его глазах ныне виделось уныние, а в нем самом чувствовалось гораздо меньше жизненных сил, нежели раньше.
Проходя по длинному коридору, гость вглядывался в многочисленные комнаты этого дома, часть из них была приоткрыта, а другая разбита вдребезги. Сломанное фортепиано, обгрызенные карандаши, порванные записи и разбитые грампластинки. Зрелище было не из приятных.
Дойдя до обеденного зала, Ворлик обратил внимание на мертвое тело незнакомой ему женщины на другом конце помещения. Он прикинул, что при жизни она должна была быть хороша собой, но сейчас гримаса ужаса запечатленная на её лице не могла не вызывать у него отвращения.
— Это что такое? — Спросил он, прикрывая ладонью свои рот и нос.
— А, это. — Хозяин присел рядом и объяснил ему в чем суть. "Трупом" оказалась всего навсего кукла, лицо которой он забыл почистить от грязи и пыли.
— Ого, — выдохнул Ворлик, — ну и реалистичными же их делают.
— Пожалуй. Ну ты как, принес что я просил?
— Да. — Хердон Ворлик передал хозяину средний мешок.
— Хмм... — В нем оказались масляная лампа, веревка и мыло. — Спасибо, дружище. Всегда меня выручаешь.
— Не благодари. Позволь, только узнать, веревка и мыло я понимаю зачем, но лампа-то куда тебе?
Двое молча поднялись из-за стола и прошли в одну из комнат наполненных мраком. Когда помещение налилось теплым светом масляной лампы, в глаза Ворлику бросилась нехарактерная для этого дома чистота. Он увидел чей-то портрет во весь рост в центре, некую технику на столе рядом, чашку с остатками кофе в нем.
— Я не понимаю. — Недоумевая произнес Ворлик.
— А понимать и не нужно.
Как и ожидал того хозяин дома, незваным гостем оказался его старый товарищ, Хердон Ворлик. Что же привело его сюда в столь поздний час? Ответ был прост — землевладелец сам его и пригласил, да вот только забыл об этом.
— Чувствуй себя как дома, — сказал хозяин, провожая гостя в обеденный зал.
— Это будет непросто, — ответил Ворлик, шагая по разбитому стеклу на полу. Хозяин помнил его как человека активного и веселого, но даже в его глазах ныне виделось уныние, а в нем самом чувствовалось гораздо меньше жизненных сил, нежели раньше.
Проходя по длинному коридору, гость вглядывался в многочисленные комнаты этого дома, часть из них была приоткрыта, а другая разбита вдребезги. Сломанное фортепиано, обгрызенные карандаши, порванные записи и разбитые грампластинки. Зрелище было не из приятных.
Дойдя до обеденного зала, Ворлик обратил внимание на мертвое тело незнакомой ему женщины на другом конце помещения. Он прикинул, что при жизни она должна была быть хороша собой, но сейчас гримаса ужаса запечатленная на её лице не могла не вызывать у него отвращения.
— Это что такое? — Спросил он, прикрывая ладонью свои рот и нос.
— А, это. — Хозяин присел рядом и объяснил ему в чем суть. "Трупом" оказалась всего навсего кукла, лицо которой он забыл почистить от грязи и пыли.
— Ого, — выдохнул Ворлик, — ну и реалистичными же их делают.
— Пожалуй. Ну ты как, принес что я просил?
— Да. — Хердон Ворлик передал хозяину средний мешок.
— Хмм... — В нем оказались масляная лампа, веревка и мыло. — Спасибо, дружище. Всегда меня выручаешь.
— Не благодари. Позволь, только узнать, веревка и мыло я понимаю зачем, но лампа-то куда тебе?
Двое молча поднялись из-за стола и прошли в одну из комнат наполненных мраком. Когда помещение налилось теплым светом масляной лампы, в глаза Ворлику бросилась нехарактерная для этого дома чистота. Он увидел чей-то портрет во весь рост в центре, некую технику на столе рядом, чашку с остатками кофе в нем.
— Я не понимаю. — Недоумевая произнес Ворлик.
— А понимать и не нужно.
