Завершив наконец все обязательные мероприятия вступительного дня, Футаба первой покинула класс.
Такой невероятно длительный по ее меркам опыт нахождения в едином пространстве с бестолковыми обывателями вызвал тошноту - больше ментальную, чем физическую, и требовал восстановления душевных сил. Отбросив идею выхода на улицу, где ей бы наверняка пришлось расталкивать толпу, чтобы добраться из одной точки в другую, она направилась по лестнице вверх - до самой хлипенькой металлической дверки, за которой лежал путь на крышу. Та, к счастью, оказалась не заперта - достаточно лишь с усилием дернуть ее на себя и преодолеть сопротивление неприветливых петель.
Прорвавшийся с улицы все еще свежий, но уже с нотками тепла, порыв ветра растрепал волосы и одежду, но помог немного прийти в чувство. Прихлопнув дверь, Футаба прошлась по крыше, пока еще не сильно побитой непогодой, и остановилась в наименее продуваемом месте. Достав из пачки палку курева, она повертела ее в пальцах, с легким хрустом разминая содержимое - бессмысленный жест, но вошедший в привычку, - и заведя за ухо мешающую прядь волос, чиркнула зажигалкой. Злой ветер, как всегда, приложил все силы на то, чтобы пресечь это действие, но наработанная сноровка лафренийки в сохранении огонька дала свои плоды - табачок зашелся, правда с одной стороны папиросу пришлось подлечить. Вдохнув и подержав первую партию дыма, Футаба облокотилась на перила и обвела взглядом окружающее пространство. Сами по себе пришкольные территории на несколько обозреваемых километров вокруг ничего особо интересного не представляли - случайным образом натыканные леса, поля, да домики. Внизу по школьному двору сновали коротышки, бегая, размахивая руками и что-то друг другу крича, словно малыши, радующиеся весенней погоде.
"Улыбайтесь и радуйтесь каждому дню" - всплыла в голове речь ботанички-одноклассницы. Может, конечно, там не то имелось в виду и было по-другому сказано, но запомнилось именно так.
Этот тип людей Футаба ненавидела всей душой, потому что он напоминал ей о собственном, полном иллюзий прошлом, и том жалком бессилии, в котором она себя нашла, когда привычная почва под ногами обратилась в зыбучий песок. В какой-то, очень далекой мере, ей было жаль эту фифу - ввиду собственной молодости и неискушенности, той еще только предстояло опробовать, что из себя представляет реальная жизнь на вкус. Жалость эта была вызвана нежеланием Футы видеть еще больше сломанных людей вокруг себя.
Впрочем, отличительной негативной чертой таких как эта, является то, что переживи они эту неприятность при помощи везения, каких-то изначально выгодных жизненных обстоятельств, либо с чужой помощью, они не будут за это в полной мере благодарны вселенной, а воспримут это разрешение как нечто должное, что лишь преисполнит их в дальнейшей заносчивости. Может, наказание от вселенной и пошло бы ей на пользу, как знать?
Футаба затянулась еще, остановившись на этой мысли. Где-то там, внизу, коротышки начали размахивать свежевыданным оружием - ну не дураки ли?
Пришло свежее воспоминание о том, как незрелые малолетки наперебой выбирали себе оружие, пытаясь выглядеть круче в глазах друг друга:
"Протагонисты историй используют меч!" - смех, да и только. Постригись, а то пропустишь первый же удар по себе.
Многие ли из них раньше держали в руках оружие? Кто держал - участвовал ли с ним в бою? Кто участвовал - защищал ли свою собственную жизнь, или так, махал понарошку, чтобы получить похвалу или выиграть шоколадную медаль в своей деревне?
Фута взвесила на руке биту и осмотрела ее со всех сторон. То тут, то там виднелись выщербины, гвозди местами погнулись, местами с них были сорваны шляпки. Когда-то вокруг нее был обмотан еще и кус колючей проволоки, но однажды она лопнула и новый моток найти не удалось.
Перед отправкой в школу секухароморийка попыталась в меру возможностей привести в надлежащий вид свое оружие, чтобы оно не казалось совсем уж жутким, но сделать это удалось лишь частично. Во многих местах и дерево, и металлические части от обильного использования были покрыты зловещими темными пятнами, которые настолько въелись в материал, что не поддавались чистке.
Генезис практически каждого из них и каждого гнутого гвоздя Фута могла вспомнить, хорошенько порывшись в памяти - такие случаи отложились в ней гораздо лучше, чем полная мрака и тоски повседневная жизнь. Не то чтобы несение плохим людям боли, которую те вполне заслужили, давало какое-то особенное извращенное удовольствие - но скорее чувство мрачного удовлетворения, каковое ощущает любой герой справедливости, повергающий зло во имя сверхидеи. Только "протагонист" вместо меча здесь использовал нечто другое.
Упрямо дососав последние, горькие как сама экзистенция, миллиметры курехи до самого фильтра, Футаба взяла бычок между пальцев и сильным щелчком отфутболила на несколько сот метров - окурок был подхвачен ветром словно перышко и скрылся из виду по ту сторону школьного забора.
А ведь и она могла бы легко оказаться на его месте, прямо сейчас - никто и ничто не способно ей в этом помешать. Достаточно лишь правильно сгруппироваться, чтобы голова оказалась внизу. Может, прыгнуть рыбкой, как в озеро? Либо отправиться в путь с другой стороны крыши - там, где внизу тебя ожидает кусок забора с острыми узорчатыми шипами.
Две мысли не давали этому делу хода - в меньшей степени инстинкт самосохранения, страха боли и неизвестности. В большей - упрямое нежелание дарить скотам радость от осознания того, что она сама упростила им задачу.
Жить хорошо - лучший из видов мести недоброжелателям, слышала она где-то когда-то. В ее случае вопрос "хорошо" или "плохо" не стоял, потому что ответ на него был и так понятен.
Тяжело вздохнув, поежившись от налетевшего дубака и сплюнув с крыши вниз останки смол, Футаба направилась обратно в здание. Впереди маячила увлекательная студенческая жизнь, полная ярких событий, острых эмоций, поисков себя и своей судьбы, веселых теплых дружеских моментов и доброго смеха. (нет)
kcfgogbfalgfl
Ment
