Happy Life
Примерно так выглядел Генза в момент окончания боя, нарезав с тел вонючих кальцитцев тряпок в попытках оттереть кровь и пот, и тем самым вернуть себе хотя бы процентов десять-пятнадцать товарного вида - пока все лечились, лутались и делали то, за чем пришли.
Получалось еле-еле - сердце колотилось, порезы сочились новой юшкой, тело потрясывало от напряжения, руки плохо слушались, а взгляд параноидально прыгал с одного входа в цитку на другой, с другого на третий, с третьего - на деда, и с деда - опять на первый.
Бросив это малоосмысленное занятие, он попытался немного успокоиться и оглядел результат их трудов. Пару десятков изуродованных жмуров, беглец-Гинза - но это было вполне в его духе - сами они потрепаны, но пока живы, а взрывчатка ложится в тот слот, в который должна. Он уже давно перестал верить в какие-либо удачные исходы, но вроде бы, на текущую хотя бы секунду, им это удалось.
Внезапно он осознал, что самый большой счетчик в его жизни теперь уж точно занимают именно кальцитцы. Пожалуй, не самая неприятная мысль. Но кто скольких убил? Этого он не помнил, но к своему удивлению обнаружил, что даже те из команды, кого он считал слабейшими, внесли свой весьма полезный импакт, он их явно недооценил.
Опустив взгляд на катану, залитую чужой кровью от кончика до рукояти, в которую он вцепился мертвой хваткой и до сих пор не расслабил клешню, он криво и слабо усмехнулся. Лыба постепенно начала расти, пока не переросла в настоящий волчье-человеческий лучезарный оскал.
сейчас - до разговора или еще можно после?
Аргос вызвал к себе Ушумгаллу и Гензу.
- Вызывали, товарищ Начальник?
My sword, my trusted ally, unphased by my aspect.
kcfgogbfalgfl