А уж радоваться этому или нет - твое дело.
Сообщения от Святая Обитель Разврата
Как назовем заведение?
Вот в этом и дело. Псевдорадость. Но чтобы чувствовать что-то радостное не нужны все эти люди, которые тоже у себя отмечают, украшения, подарки и прочее
Порой бывает достаточно одного человека
Отмодерировано: НЕНОРМАТИВНАЯ ЛЕКСИКА в сообщении
Добавлено через 40 секунд
Ты не можешь этого чувствовать, ибо слишком черств и уныл. Другие могут.
нет, я умею чувствовать это и чувствую, но мне грустно становится от этого, а не радостно
Добавлено через 2 минуты
что еще могло бы быть лучше, че НГ...хм. Я вот лучше бы помог тебе починить твой дом после снегопада, затем помогли бы кузнецу, а то ты же писал про его кузню. Затем пекарь угостил бы нас выпечкой и мы прогулялись вокруг поселка, любовались лесами, которые вокруг стоят и звездами, которых в городе не видно из-за множества фонарей, прожекторов и прочих людских огней
Except the ones we've made
Вистрите, где моя мелочишка, БЛДЖАД?!
Except the ones we've made
Ну да, я и имел ввиду жительниц, да, именно так.
Лошадь, утыканная стрелами, умирала, лежа на боку. Она мотала крупной головой — глаза ее дико вращались над розовой пеной, лезущей из ноздрей. Возле распростерся кто-то из деревенских, тоже пронзенный стрелами, словно в полете, а рядом с ним в луже крови лежал отец Георгий. Кинутая на тело лошади, будто на какое-то непристойное ложе, лежала мать. Ее медные волосы разметались по сторонам — она отбивалась от четырех бранящихся мужчин, пытающихся держать ее за руки и за ноги. Ее озябшее, мраморно-белое обнаженное тело все покрылось царапинами и синяками от хватавших ее грубых пальцев. Лицо искажено. Оскаленные зубы окровавлены. Пронзительно-синие глаза метали молнии. Она не видела Матиаса, и, хотя часть его существа жаждала, чтобы эти дикие синие глаза нашли его, он понимал: если мать узнает о его присутствии, это знание лишит ее силы сопротивляться, а яростное сопротивление было последним даром матери сыну.
Один из них ударил ее по голове, заорал ей в ухо, она обернулась и плюнула ему в лицо — слюна ее была красной, с кровью. Пятый человек стоял на коленях между ее ногами, спустив штаны. И все они орали — друг на друга, на нее — на своем пронзительном незнакомом языке. Один из них ковырял пальцем в носу. Они насиловали женщину, вытащенную в полусне из постели, но ухватки у них были как у пастухов, вытаскивающих увязшую в болоте корову: они размахивали руками, сыпали проклятиями, ободряюще орали и давали советы; они не сознавали творимого зла, на их лицах не отражалось ни стыда, ни жалости. Негодяй, стоявший на коленях, потерял терпение, потому что она упиралась коленом ему в грудь и не давала войти в себя. Он выхватил из сапога нож, толкнул ее назад, прицелился и всадил нож ей в сердце. Никто не пытался его остановить. Никто не стал возмущаться. Мать замерла, голова ее запрокинулась. Матиас хотел зарыдать, но весь воздух застыл у него в груди. Негодяй бросил нож, потянулся рукой себе в промежность, сунул в ее тело что-то жесткое и начал двигаться взад-вперед. Должно быть, кто-то из них сказал что-то смешное, потому что все захохотали.
Матиас сдержал слезы, которых не заслужил. Он не смог спасти сестер. Он не оправдал надежд отца. Тело матери осталось на поругание скотам. Один он уцелел, бездомный, бессильный и потерянный. Он очнулся, поняв, что воткнул острие кинжала себе в ладонь. Кровь казалась особенно яркой по сравнению с грязной коркой, покрывавшей пальцы. Боль была настоящей и пронзительной, от нее прояснилось в голове. Мать отказала им в том, что они хотели заполучить даже больше, чем ее плоть, — ее поражение и унижение. Ее поруганную гордость. Желание оказаться рядом с ее душой охватило Матиаса. Желание умереть и в смерти обрести единение с ней, связь, которая казалась ему более ценной, чем сама жизнь. Он прижал кинжал к руке так, чтобы его не было видно. Не испытывая ненависти — хотя клинок до сих пор был теплым, его кровь была холодна, — он погрузился в жестокость, требуя себе свою долю.
нет, я умею чувствовать это и чувствую, но мне грустно становится от этого, а не радостно
ну, относительно
отношение к тебе не делает кого-то хорошим, а кого-то плохим. это их отношение к тебе и все
НГ всегда уныл, даже говорить об этом не надо. сказки, чудо, желания... бред
Хотя не всегда: до сих пор помню, как я детстве глубоком я его люто боялся, это вроде первый раз был, когда он ко мне пришел. Он мне протягивал конфету, я стоял и ревел. В конце концов я взял конфету и убежал прятаться за штору xD
хотя я вот однажды вообще проспал НГ, до самого утра, но это тоже в детстве было
"гулять"
слова Волка
А вообще я согласен с Аром (:eek:). На самом деле, любой праздник - просто день, в который людям вздумалось няшиться и дарить подарки друг другу. И только детям это доставляет стопроцентно.
Хочется искренне подарить подарок - подари в любой день. Не искренне дарить ни к чему, либо чтоб подлизаться. И пребывать в хорошем настроении можно всегда, когда есть причина, а не нагонять на себя фальшивую улыбку и говорить, что ведь новый год, нужно радоваться, потому что новый год, это ж ведь аж целый старый год - 365 дней - ушли, теперь будет новый год, и прочее ололо.
Хотя когда дарят полезные и нужные подарки, улыбка не фальшивая будет, а настроение действительно поднимется) но, как я сказал, не обязательно делать это в праздники.
А еще хочу сказать, что подарки дарить очень приятно.
традиция
ты чувствуешь не то, что чувствуют все люди. Ты эмоциональный калека
В рассказе Ревня выше насилие женщины вызывала много радостных эмоций у дикарей, а мальчика довела до суицида.
я говорил про отношение к форуму и форумчанам
это ты скорее показал свое отношение ко мне и моим делам, поставив флудоскар и свое разлекалово выше моих дел.
А искать-то их как приятно!
хочу сказки, чудо и исполнение желаний
в целом да, Волки дополнил мою мысль.
Ты вел себя очень посранистично по отношению к форуму!
Сделайте мне крутую карту :) , а то мне лень :o :D
Небо – угроз не слышит
Небо – ведёт особый счёт
Небо – тебя найдёт
да, это то слово. Все традиции как традиции бессмысленны и не нужны.