Сообщения от [ЭКСПЕДИЦИЯ] Дикий океан

--Человеки не похожи на воинов. Но моя видеть, как человеки убивали орков. Твоя может не бояться. Моя не станет убивать человеков племени Кро,--с этими словами орк отошел, дав понять, что разговор окончен.

-- Ну и ладно, -- спокойно заключил капитан. Матросы, уже изготовившиеся выкинуть за борт непокорного орка, снова расслабились. Только Рутын прищурился на своего собрата.
-- Тогда даскалос! Внимательно слушаю тебя.

- Со мной... всё... в порядке.
Аканэ почувствовала что краснеет.

— Странно, температура у тебя вроде бы в норме, — Селена убрала руку со лба Аканэ и дружелюбно улыбнулась. — Ну, ничего удивительного, с таким экипажем корабля трудно не забеспокоиться.

— Странно, температура у тебя вроде бы в норме, — Селена убрала руку со лба Аканэ и дружелюбно улыбнулась. — Ну, ничего удивительного, с таким экипажем корабля трудно не забеспокоиться.

- Спасибо за заботу, Селена,- слегка опьяненная этим прикосновением, тихо поблагодарила Аканэ Хана.- Да, экипаж вызывает беспокойство, определенно.
Аканэ немного перевела дух.
- Ты очень милая девушка,- улыбнувшись, сказала она и тут же спохватилась.- То есть я хотела сказать... ты отличаешься от всех этих моряков!..

— Спасибо... — Белоснежка была несколько удивлена подобному комплименту, но постаралась не выдавать своего удивления, не до конца понимая, что хотела сказать её собеседница. Тем не менее, по какой-то причине Селена чувствовала, что может положиться на эту девушку. — Я думаю, нам стоит держаться ближе друг к другу в предстоящем путешествии. Мне, вероятно, не следует этого говорить, ибо это неприлично и совершенно невежливо, но, признаюсь, никто из членов экипажа не вызывает у меня доверия, и я бы предпочла, чтобы мою спину прикрывала ты, а я сделаю тоже самое для тебя. Как ты на это смотришь?

Гоблин прохаживался по узеньким перилам и смотрел вниз, на ласкающие борт волны, влажный морской ветер овевал его свободно болтающиеся гениталии. Мерный звук двигателя приглушал визгливые вскрики духов, что не могло не радовать. В последнее время они словно с цепи сорвались, продолжали терзать голову и днем, и ночью. Кошра хотел, чтобы гоблин перерезал глотки всей команде корабля во сне; Нашра - чтобы он это сделал посреди бела дня и попировал их печенью; Гашик хотел, чтобы все мужчины повисли за шею на веревке, а женщины бы водили вокруг них хоровод; Фохшра плакал и просился к мамочке. Но громче всех из тысячи духов восклицал Мойша, он умолял гоблина покинуть уже этот бренный мир как можно скорее. Разумеется он лишь издевался, потому что знал, что сделать это самостоятельно невозможно. Он прекрасно видел, что гоблин не кровоточит, не сгорает, а в петле может провисеть неделю, пока ветка, которая ее держит, наконец не обломится. Все эти методы троглодит перепробовал еще давным-давно, когда ручей выбросил его на берег, исполосованного лезвиями соплеменников и изорванного хищными рыбами, и когда он достаточно пришел в чувство, чтобы осознать, с каким соседством приходится делить голову.
По крайней мере сейчас морские звуки помогали отбросить болтовню на второй план. Скорее всего они становились злее из зависти, ведь гоблин стал немного лучше ориентироваться в пространстве, лучше понимать речь и перестал бросаться на каждого встречного. За последние недели стало немного прохладнее, это тоже помогало слегка прояснить мысли. А вот воспоминания так и остались одеялом, сотканным из лоскутов чужой кожи, впрочем гоблина они не сильно волновали, он привык жить сегодняшним днем. Сегодня вот плывет куда-то зачем-то в каком-то море на каком-то корабле с какими-то людьми. Ну и нормально. Не хуже, чем еще где-то и зачем-то, пусть даже понятия хорошести и плохости давно утратили какой-либо смысл.
А вот чего ему хотелось - это чайку. Очень красивые перья, жаль что на вкус дрянь.

— Спасибо... — Белоснежка была несколько удивлена подобному комплименту, но постаралась не выдавать своего удивления, не до конца понимая, что хотела сказать её собеседница. Тем не менее, по какой-то причине Селена чувствовала, что может положиться на эту девушку. — Я думаю, нам стоит держаться ближе друг к другу в предстоящем путешествии. Мне, вероятно, не следует этого говорить, ибо это неприлично и совершенно невежливо, но, признаюсь, никто из членов экипажа не вызывает у меня доверия, и я бы предпочла, чтобы мою спину прикрывала ты, а я сделаю тоже самое для тебя. Как ты на это смотришь?

От такого предложения у Аканэ закружилась голова.
- Буду счастлива принять твоё предложение! Никто не посмеет тронуть тебя, пока я жива!

Хотя Селена и ощущала некоторую странность этого разговора, воодушевленное согласие и огонь в глазах собеседницы не могли её не радовать, от подобного её душе всегда становилось теплее. — Тогда решено, приглядим друг за дружкой!

Софронайос стоял в стороне и игрался с Зефиром, не обращая внимания на чужие разговоры. Именно по этому он не сразу среагировал, когда пришла его очередь. К счастью, Зефир за речью капитана следил, а потому напомнил даскалосу почему конкретно они вышли на палубу.
- Зовут Софронайосом, родился в республике Катос и имею честь называться её гражданином. До недавнего времени, пока не пустился в странствия, в ней же и проживал. Верую в наш пантеон, хотя и не являюсь приверженцем какого-либо из богов. Впрочем, Фартлоса я, откровенно говоря, недолюбливаю. В экспедицию записался по совету Зефира, он счёл это интересной затеей.

Добавлено через 8 минут
Софронайос стоял в стороне и игрался с Зефиром, не обращая внимания на чужие разговоры. Именно по этому он не сразу среагировал, когда пришла его очередь. К счастью, Зефир за речью капитана следил, а потому напомнил даскалосу почему конкретно они вышли на палубу.
- Зовут Софронайосом, родился в республике Катос и имею честь называться её гражданином. До недавнего времени, пока не пустился в странствия, в ней же и проживал. Верую в наш пантеон, хотя и не являюсь приверженцем какого-либо из богов. Впрочем, Фартлоса я, откровенно говоря, недолюбливаю. В экспедицию записался по совету Зефира, он счёл это интересной затеей.

-- А, ты про свой глюк, да-да, помню, -- резюмировал капитан. -- Ну, всё тогда. Им я доверяю всем, -- он обвёл взглядом матросов. -- Тогда поднять якорь!
Тихий приказ капитана был мгновенно подхвачен и якорь был поднят.
-- Взять курс на Бурсу!
Корабль быстро пошёл к вышеназванному острову, ведомый женщиной-креаткой. Однако, было понятно, что скалы вокруг острова не дадут так просто причалить к гавани. Оставалось надеяться, что Джейн справится, но... Вот уже первая скала чиркнула о борт "Шиншиллы".
-- Джейн, иди осторожнее! -- сделал ей замечание Наварро. -- Не пройдём... Не пройдём... -- добавил он тише.

Хотя Селена и ощущала некоторую странность этого разговора, воодушевленное согласие и огонь в глазах собеседницы не могли её не радовать, от подобного её душе всегда становилось теплее. — Тогда решено, приглядим друг за дружкой!

- Будь уверена, я не спущу с тебя глаз,- улыбаясь, пообещала Аканэ.- Ни днем ни ночью.
Подул легкий ветерок и лисьи уши на голове девушки затрепетали, она глубоко вздохнула, наслаждаясь моментом. Жизнь в одну секунду изменилась в лучшую сторону.
- Никто не тронет тебя! Я обещаю!
А тем временем, по кораблю бродили угрюмые матросы, странные люди укутанные в плащи, орки и гоблины. Невероятная, веселая и просто отличная компания.

Лицо Селены вновь украсилось доброй улыбкой и она одобрительно кивнула, соглашаясь со словами собеседницы, — "Какая хорошая девушка", — подумалось ей, — "и такая по-доброму наивная...", — впечатление о Аканэ у Белоснежки сложилось самое хорошее, ей было отрадно найти подругу среди всех прочих членов экипажа. Её размышления прервались, в этот момент корабль соприкоснулся с каменной глыбой и теперь уже самой Селене сделалось немного не по себе.

Нависшее напряжение прервал Санчес.
-- Габриэль, подмени Джейн у штурвала, быстро. Джейн, иди в машинное отделение, подкинь топлива и побольше. Рутын, натяни паруса покрепче. Даскалос, надуй их. А я отправлюсь в заклинательную комнату. Выполнять!

Гэб подскочил выполнять приказ, чуть не сбив с ног Джейн. Ему не доводилось управлять кораблём, но он надеялся, что теоретических знаний на это хватит. Эми сбежала по его руке и прицепилась к штурвалу с видом заправского моряка.

Пожав плечами, Софронайос принялся за порученную ему работу.